Наука и будущее России

Из одноименной главы книги автора «Гуманная пуля»
(Издательство НИИ химии СПбГУ, Санкт-Петербург, 2001)

Есть ли у России будущее? Этот вопрос все чаще возникает на страницах серьезной периодики.

Разрушив в ходе "перестройки" и постперестроечных реформ почти всю свою науку, изгнав, уничтожив морально и выморив физически значительную часть своей интеллигенции, Россия потеряла способность к самостоятельному научно-техническому прогрессу. И случилось это в самый неудачный момент ее исторической судьбы, когда началось стремительное, необратимое старение и сокращение численности ее народа.

Сейчас, как пишет академик И. Гундаров, у нас самая низкая рождаемость в мире, 15% российских семей вообще бесплодны, резко сократилась продолжительность жизни, в полтора раза выросла смертность. При сохранении этих тенденций к 2060 году население России уменьшится вдвое. Сведения Минобразования показывают, что в 1999 г. пошли в первый класс в два с лишним раза меньше детишек, чем в 1989-м, а к 2005-му их число сократится еще в два раза. Количество пенсионеров превысит 50% населения, возрастет количество инвалидов. Это приведет к резкому снижению творческой энергии и производительных возможностей нации. Итак, перед нашей страной закрылись оба пути в будущее – научно-технический и биологический.

Каковы же, исходя из демографической, экономической и моральной ситуации в стране, варианты дальнейшего развития событий в России?

Обеспечить выживание может единственная реальная сила – наука. Значит, нужна мобилизация отечественной науки. Осуществить ее может только государство.

Предположим, что к власти в России пришли безусловно честные волевые деятели, преисполненные решимости спасти страну. С каких конкретных шагов начали бы они?

Предстоит буквально в считанные годы возродить реальное производство для внутреннего рынка. Осуществить это можно, лишь опираясь на еще уцелевшую научно-техническую интеллигенцию. Мобилизация всех сохранившихся интеллектуальных ресурсов будет объявлена важнейшей задачей и начнется немедленно. Она позволит резко сократить потребность в западных инвестициях.

При этом вовсе не понадобится возврат к тотальному огосударствлению: достаточно сосредоточить в руках государства всего 1/3 национальных активов, но в эту долю должны войти вся наука и все основные наукоемкие производства, включая энергетику и транспорт.

Должна быть начата решительная борьба против засилья криминального капитала вплоть до национализации незаконно приватизированных предприятий.

Невозможно понять экономистов, утверждающих, что наши собственные товары на внутреннем рынке станут конкурентноспособными только тогда, когда превзойдут по качеству западные. Пусть наши товары будут в чем-то проигрывать, но это может и должно быть скомпенсировано их дешевизной и доступностью для основной массы населения.

На мировом же рынке – действительно – экспортные российские товары должны превосходить западные, чтобы получить признание. Правы те исследователи, которые утверждают, что самым прибыльным для России мог бы стать экспорт научной продукции – новых технологий и опытно-конструкторских разработок. Все, что нужно для этого: создать нашим инженерам и ученым нормальные условия работы, чтобы они могли реализовать свой потенциал у себя дома, никуда не уезжая. Любые инвестиции здесь быстро окупятся сторицей.

Но главной задачей государства, сосредоточившего в своих руках всю мощь отечественной науки, должно стать использование ее для того, чтобы избежать катастрофы при вхождении в демографический кризис.

Если не принимать сейчас мер, то в 2010 – 2015 годах некому станет работать и обеспечивать безопасность страны. Единственной альтернативой этому является создание сверхпроизводительных, автоматизированных технологий.

В прошлом, когда Россия была полна жизненных сил, ей не раз приходилось осуществлять так называемые "догоняющие модернизации". Догоняющие - по отношению к Западу. Сейчас ей, состарившейся и обескровленной, для того, чтобы выжить, необходимо ОПЕРЕДИТЬ Запад, а тем более - своих южных и юго-восточных соседей. Опередить, и первой (в течение ближайших 10-15 лет) прийти к той структуре общества и экономики, которая многими на Западе считается нежелательным следствием научно-технического прогресса. К структуре, при которой в реальном производстве, в сельском хозяйстве, во всех системах энергетики, транспорта, связи, медицинского обслуживания, безопасности и т.д., благодаря использованию эффективных технологий, будет занято меньшинство населения. Даже на Западе с его низкой рождаемостью боятся, что это приведет к массовой безработице и социальным напряжениям. А для России начала XXI века, с ее переизбытком стариков и малочисленностью трудоспособных, в этом и только в этом - последняя возможность спасения.

Все будущее России зависит от очень тонкого слоя людей. Вряд ли мы ошибемся, предположив, что во всей 140-миллионной стране их наберется, в лучшем случае, несколько сот тысяч. Речь идет о небольшой части нашей молодежи, которая, - несмотря на то, что вся мерзость действительности и вся мощь безумной масс-культуры внушают ей: «Все бессмысленно, живи одним днем!!», - продолжают тянуться к науке. О тех подростках и юношах, которые посреди чумы криминального капитализма все равно хотят заниматься математикой, физикой, химией, биологией, строить самолеты и ракеты, изучать космос и живую материю. Эти ребята и есть последний резерв России.

Значит,

нужна государственная программа подготовки научных и инженерных кадров. И первой ее ступенью должна стать широкая кампания популяризации науки, ориентированная, прежде всего, на детей, подростков, юношество. Мы должны сделать так, чтобы научно-популярная информация, нацеленная на разные возрастные группы, стала доступной всем школьникам в любом уголке России.

Что касается отбора склонных к науке, одаренных ребят и специализированного школьного обучения для них, то у нас накоплен богатый опыт спецшкол с научным уклоном.

Должно измениться положение российских учителей. Их социальный статус должен быть поднят до уровня, соответствующего значению школы как ключевого звена в системе научной мобилизации. Российский учитель должен выиграть свою битву, отступать больше некуда. Отступление означает всеобщую гибель

В системе высшего образования все обстоит еще сложнее. Если начнется кампания по мобилизации науки, то буквально на каждой вузовской кафедре потребуется чистка и переаттестация кадров по профессиональным критериям, невзирая на научные степени и должности. Число государственных вузов в России не должно определяться ничем иным, кроме ее собственных потребностей в специалистах.

Можно и должно спланировать, сколько специалистов каждого профиля понадобится России для прохождения ближайших кризисных лет и десятилетий.

Не может быть и речи о введении платного обучения на научно-технических факультетах государственных вузов. К науке и технике тянутся, как правило, дети нашей нищей интеллигенции. Государство должно не деньги требовать с этих ребят, а радоваться тому, что они еще есть, и учить их бесплатно. А потом создавать все условия, чтобы, выучившись, они не помышляли об отъезде из России, а могли здесь трудиться в полную силу.

По данным Минобразования, в 2009 г. количество мест в государственных вузах будет на 30% больше, чем выпускников школ. Власть, подобная нынешней, может сократить систему высшего образования, чем только ускорит скатывание в пропасть. Власть, озабоченная выживанием нации, загрузит вузы программами переобучения и повышения квалификации взрослых.

Заработок специалиста в госсекторе должен быть связан с конкретными результатами его деятельности. Вернувшись к системе штатных расписаний и жестких окладов, мы превратим государственные НИИ в отстойники для бездари, ищущей спокойной жизни.

Не вызывают сомнения в качестве приоритетных для госфинансирования такие направления научно-технического прогресса, как энергетика, транспорт, космос, информатика, биотехнологии и генная инженерия, фармакология, современные медицинские технологии и т.д.

При решении вопроса, каким научным направлениям в России жить на гособеспечении, а каким умирать, надо руководствоваться иными критериями, чем сегодняшняя востребованность и конкурентоспособность. Мы привыкли к терминам «продовольственная безопасность страны», «лекарственная безопасность», но что-то не приходилось встречать термин «научная безопасность». А ведь этот фактор становится важнейшим для России, если она хочет сохранить свою независимость. Тот, кто хочет иметь передовую промышленность, должен обязательно развивать собственную науку.

Государство должно поддерживать не только те исследования, которые считаются важнейшими сейчас, но и те, которые, не находя пока что выхода в свет, могут со временем, порой неожиданно, стать приоритетными. Важно владеть информацией и вовремя заметить возможность прорыва.

Необходимо ясно сознавать: только в том случае, если Россия сумеет, отмобилизовав свою науку и неуклонно наращивая интеллектуальный потенциал, осуществить "опережающую модернизацию", для нее станут не страшны ни увеличение среднего возраста населения, ни даже общее неизбежное его сокращение. Не отставая больше от научно-технического прогресса, наша страна вновь и по-новому обретет уверенность в будущем.

Но, к сожалению, современная российская действительность не дает надежд на переход к интенсивному научно-техническому развитию. Государство не только не заботится о научно-технической ориентации молодежи, но фактически все больше снимает с себя ответственность даже за школьное образование. Нарастает разнобой школьных программ. Сокращается в пользу экономики, правоведения, иностранных языков преподавание математики, физики, химии, биологии, русской литературы, истории. Большинство учителей, особенно в провинции, продолжают нищенствовать.

Исследования, проведенные по международным методикам, дали шокирующие результаты в части знания российскими школьниками естественных наук и математики: Россия оказалась по этим показателям в пятом десятке стран мира.

Все очень тревожно. И счет идет уже не на десятилетия, на годы. Утешаться отдельными позитивными явлениями вроде того, что немного выросло число поступающих на физические факультеты, да и вообще какой-никакой конкурс в технические вузы держится, никак нельзя. Опросы учащихся старших классов показывают: все больше юношей и девушек готовы пойти в бизнесмены, в сферу досуга и развлечений, стать госслужащими, адвокатами, фотомоделями, а если учиться в вузах, то все равно с видами на дальнейшую коммерческую деятельность. Число тех, кто сознательно и целеустремленно хотел бы стать ученым или инженером, очень невелико и с каждым годом становится все меньше. Самый последний резерв России неумолимо тает на глазах. И это уже по-настоящему страшно*.
___________________________________________________

Захар Оскотский

* В ответ на просьбу поместить этот текст на наш сайт Захар Григорьевич попросил обратить внимание читателей, что «книга вышла в 2001 г., чтобы они не считали автора излишне наивным человеком. Потому что, хотя предлагаемые в книге меры и остались жизненно необходимыми для страны, осуществление их теперь, после еще пяти лет отрицательного развития, стало намного сложнее, чем было даже тогда». (Прим. ред. сайта)

наверх