Атеисты кооперируются

Наш материал «О переписке с карианами» (/ru/articles.phtml?num=000257) заканчивался обращением ко всем желающим, особенно из числа членов РГО, подключиться к обмену мнениями о путях возможного сотрудничества. Откликов пока нет. Рискну предположить, что причина этого в том, что со стороны кариан до сих пор звучала в основном критика, порой жесткая, (не берусь утверждать, что совершенно незаслуженная) в адрес РГО. Нас обвиняли в «компромиссах с официально признанными религиозными и клерикально-политическими объединениями» и «последовательном уклонении от сотрудничества с радикально позиционирующимися группами либерального антиклерикального направления». Пишу об этом в прошедшем времени, потому что после разъяснительных ответов лидера РГО В.А. Кувакина и моих в позиции кариан наметился переход к более конструктивному общению, которое развивается. В частности, В.А. Кувакин написал карианам:

"Я с уважением отношусь к вам и с юридической точки зрения целиком и полностью признаю ваше право на общественное и юридическое существование. Я солидарен с вами в вашем противостоянии клерикализму и критике государства в части его политики превращения РПЦ(МП) в некое второе пришествие Идеологического отдела ЦК КПСС".

Но подлинное сотрудничество рождается не столько в обмене любезностями, сколько в совместных конкретных практических делах. И таковое, кажется, обозначилось.

Минувшей осенью председатель Атеистического общества Москвы (АТОМа) журналист Александр Никонов подал обращение в Конституционный суд (КС) РФ о противоречащем Конституции России присутствии в тексте ее Гимна слов «хранимая Богом». Но обращение не прошло дальше секретариата КС, который ответил:

«Согласно ч. 4 ст. 125 Конституции Российской Федерации, п. 3 ч. 1 ст. 3, ст.ст. 96 и 97 закона "О Конституционном Суде Российской Федерации" жалоба гражданина на нарушение законом его конституционных прав и свобод признаётся допустимой, если оспариваемый закон применён или подлежит применению в деле гражданина судом или другим органом, применяющим закон. При этом заявитель должен приложить к обращению копию официального документа, подтверждающего применение или возможность применения обжалуемого закона при разрешении в отношении его конкретного дела, т.е. подтверждающего, что в процессе правоприменения соответствующий орган руководствовался обжалуемым законом.
Приложенная Вами копия решения Останкинского районного суда г. Москвы не является, по смыслу Закона о Конституционном Суде, подтверждением применения к Вам оспариваемых положений, поскольку носит разъяснительный характер - непосредственно текст Государственного гимна Российской Федерации, а именно с ним Вы не согласны, судом даже не исследовался. Между тем ни Конституция, ни Закон о Конституционном Суде не предоставляют гражданам права на обращение в Конституционный Суд вне связи с применением оспариваемых законоположений в конкретном деле.
Кроме того, как усматривается из жалобы, Вы ставите перед Конституционным Судом вопрос о внесении изменений в Закон о Государственном гимне - об исключении из его текста второго куплета. Однако согласно принципу разделения властей, закреплённому в ст. 10 Конституции Российской Федерации, внесение изменений и дополнений в действующее законодательство является прерогативой законодателя и, следовательно, в компетенцию Конституционного Суда не входит».

В итоге А. Никонов был уведомлен о несоответствии его обращения требованиям закона "О Конституционном Суде Российской Федерации". Поскольку такой ответ не удовлетворил российских атеистов, считающих нарушенными конституционные права граждан, то взялись за дело атеисты-юристы.

В.А. Кувакин в письме от 07.12.05 сообщил:

«На последнем заседании РГО зам. председателя АТОМа Александр Евгеньевич Щев рассказал об этой их акции. Мы его поддержали. Однако это дело скорее юридическое, и реальная помощь идет здесь от специалистов, которые сейчас помогают им пробить этот вопрос. КС им отказал по формальным причинам, и теперь идет чисто юридическая работа. Морально и идейно мы в данном случае с ними. И мы готовы и дальше их поддерживать».

Результат указанной юридической работы пока не оглашен.

Сообщество кариан выступило с открытым письмом, в котором сказано:

«Мы разделяем позицию А. Никонова в том, что наличие слова "Бог" в гимне, исполняемом при государственных церемониях, придает этим церемониям конфессиональный характер и означает принуждение всех граждан (в т.ч. неверующих и атеистов) к участию в отправлении религиозного культа, что нарушает принцип свободы совести. Таким образом, попираются наши конституционные права и наши права, закрепленные во Всеобщей Декларации Прав Человека… Мы призываем законодателей и судей Конституционного суда к разуму. Символы государства не должны быть символами дискриминации одних граждан и привилегий других по признаку отношения к религии. Символы государства не должны раскалывать общество на два противоборствующих лагеря».

Кроме того, кариане связались с группой юристов Terminus, которая, исследовав ответ секретариата КС, пришла к следующему заключению (приводится в сокращении):

«I.a. Согласно ч. 4 ст. 125 Конституции РФ «Конституционный Суд Российской Федерации по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле, в порядке, установленном федеральным законом».
Государственный гимн подлежит применению в конкретных делах, как это описано в законе «О Государственном гимне Российской Федерации», и такой порядок применения явным образом затрагивает интересы подателя жалобы.
Согласно ст. 4 этого закона «Государственный гимн Российской Федерации транслируется государственными телевизионными и радиовещательными компаниями:
ежедневно - перед началом и по окончании вещания, а при круглосуточном вещании - в 6 часов и в 24 часа по местному времени;
в новогоднюю ночь - после трансляции боя часов на Спасской башне Московского Кремля в 24 часа по местному времени».
Согласно ст. 7 того же закона «При официальном исполнении Государственного гимна Российской Федерации присутствующие выслушивают его стоя, мужчины - без головных уборов».
Согласно ст. 9. того же закона «Исполнение и использование Государственного гимна Российской Федерации с нарушением настоящего Федерального конституционного закона… влечет за собой ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации».
Податель жалобы привел достаточно аргументов в обоснование того, что такой порядок применения закона в сочетании со спорной строкой в Приложении 2 к закону (т.е. собственно в тексте Государственного гимна), нарушает его конституционные права и свободы.

I.b. Согласно п. 3 ч. 1 ст. 3 закона "О Конституционном Суде Российской Федерации": «В целях защиты основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина, обеспечения верховенства и прямого действия Конституции Российской Федерации на всей территории Российской Федерации Конституционный Суд Российской Федерации: …по жалобам на нарушение конституционных прав и свобод граждан и по запросам судов проверяет конституционность закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле».
Данная норма указывает также на цели (защита основ конституционного строя, основных прав и свобод человека и гражданина) и способы (применение Конституции, как нормы прямого действия), в соответствии с которыми должен был действовать Конституционный Суд в рассматриваемом деле.

I.c. Согласно ст. 96 закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»: «Правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с индивидуальной или коллективной жалобой на нарушение конституционных прав и свобод обладают граждане, чьи права и свободы нарушаются законом, примененным или подлежащим применению в конкретном деле, и объединения граждан, а также иные органы и лица, указанные в федеральном законе.
К жалобе помимо документов, перечисленных в ст. 38 настоящего Федерального конституционного закона, прилагается копия официального документа, подтверждающего применение либо возможность применения обжалуемого закона при разрешении конкретного дела».
Секретариат истолковал абзац 2 этой нормы, как указание на недопустимость жалобы гражданина при отсутствии документально подтвержденного прямого частного интереса этого гражданина в конкретном деле, рассматриваемого в ином суде, и отсюда сделал вывод о недопустимости жалобы Никонова А.П.

I.d.. Согласно ст. 97 закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»: «Жалоба на нарушение законом конституционных прав и свобод граждан допустима, если:
1) закон затрагивает конституционные права и свободы граждан;
2) закон применен или подлежит применению в конкретном деле, рассмотрение которого завершено или начато в суде или ином органе, применяющем закон».
В рассматриваемом случае закон «О Государственном гимне Российской Федерации», очевидно, затрагивает конституционные права граждан, т.е. применению подлежит пункт 1 этой нормы, в соответствии с которым жалоба Никонова А.П. является допустимой.

II. Утверждение секретариата, что «ни Конституция, ни Закон о Конституционном Суде не предоставляют гражданам права на обращение в Конституционный Суд вне связи с применением оспариваемых законоположений в конкретном деле» прямо противоречит нормам Конституции Российской Федерации.
Согласно ст. 18 Конституции «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием».
Согласно ч. 2 ст. 55 Конституции «В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина».
Согласно ч. 1 ст. 46 Конституции «Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод».
Согласно ч. 1 ст. 47 Конституции «Никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом».
Таким образом, секретариат истолковал ст. 96 закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» в противоречии с нормой ст. 18 Конституции. В нарушение ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 47 Конституции секретариат игнорировал принцип гарантированности судебной защиты прав и свобод человека и лишил гражданина А.П. Никонова возможности обратиться за такой защитой в Конституционный Суд, к подсудности которого относится разрешение споров о соответствии законов Конституции.

III. Согласно ст. 10 Конституции «Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны».
Утверждение секретариата, что «внесение изменений и дополнений в действующее законодательство является прерогативой законодателя и, следовательно, в компетенцию Конституционного Суда не входит», и вывод о том, что поставленный в жалобе вопрос об изменении Приложения 2 к закону «О Государственном гимне Российской Федерации» путем изъятия из текста Государственного гимна второго куплета Конституционным Судом решаться не может, содержат неточное толкование закона «О Конституционном Суде РФ», согласно ст. 79 которого: «Решение Конституционного Суда Российской Федерации действует непосредственно и не требует подтверждения другими органами и должностными лицами… В случае, если решением Конституционного Суда Российской Федерации нормативный акт признан не соответствующим Конституции Российской Федерации полностью или частично… государственный орган или должностное лицо, принявшие этот нормативный акт, рассматривают вопрос о принятии нового нормативного акта, который должен, в частности, содержать положения об отмене нормативного акта, признанного не соответствующим Конституции Российской Федерации полностью, либо о внесении необходимых изменений и (или) дополнений в нормативный акт, признанный неконституционным в отдельной его части. До принятия нового нормативного акта непосредственно применяется Конституция Российской Федерации».
Таким образом, Конституционный Суд обладает необходимой компетенцией, чтобы издать решение, прекращающее использование нормативного акта в части, не соответствующей Конституции, а также обязывающее высший законодательный орган Российской Федерации внести в нормативный акт (в частности – в федеральный конституционный закон) те изменения, которые необходимы для приведения нормативного акта в соответствие с Конституцией.
Вопрос об исключении из Государственного гимна текста второго куплета может быть решен Конституционным Судом в рамках его компетенции также и в соответствии с ч. 6 ст. 125 Конституции: «Акты или их отдельные положения, признанные неконституционными, утрачивают силу».
Второй куплет Государственного гимна, по своей юридической природе является отдельным положением (частью) законодательного акта, и перечисленные положения Конституции Российской Федерации и закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» могут быть применены к нему в установленном порядке.

Оценив имеющиеся данные, как фигурирующие в рассматриваемом деле, так и иные, прилагаемые к рассматриваемому делу по содержательным основаниям, мы пришли к следующим выводам:

I. Секретариат Конституционного Суда Российской Федерации, издав документ за № 11990 от 03 ноября 2005 г., выразил официальный отказ Конституционного Суда от исполнения ряда своих функций, установленных Конституцией, а именно – от функций судебной защиты прав и свобод человека в части, касающейся свободы совести, равноправия религий и убеждений, отделения религиозных объединений от государства и их равенства перед законом.

II. Конституционный суд занял позицию невмешательства в вопросы толкования и применения Конституции в области свободы совести, передав решение этих вопросов на усмотрение политических сил».

Поскольку стало известно, что к данному делу проявила интерес общественная научно-исследовательская организация «Институт свободы совести», этот текст направлен и ей. Один из двух ее сопредседателей ответил:

«Большое спасибо! Надо думать и советоваться, что можно сделать и главное – эффективно».

Итак, можно констатировать, что по крайней мере пять российских (включая россиян за рубежом) атеистических организаций и групп, а именно:
- Атеистическое общество Москвы,
- Российское гуманистическое общество,
- Интернациональное сообщество – общественное движение «Карианство»,
- Группа юристов Terminus,
- Институт свободы совести
действуют в настоящее время согласованно для достижения общей цели в одном конкретном деле. Если энтузиазм не уйдет в песок и будет получен положительный результат, а именно, религиозные слова будут исключены из текста Гимна Российской Федерации как гимна всех россиян, то это должно существенно повысить авторитет современных атеистов* (часть которых именует себя также светскими гуманистами) в глазах мировоззренчески растерянного российского общества. Граждане увидят, что идея жизни без рабского поклонения иррациональному жива в России, ее сторонники не вымерли и не смирились, как пытаются убедить россиян клерикалы, и вполне способны отстаивать интересы здравомыслия на нашей земле, «хранимой разумом» живущих на ней людей.

Геннадий Шевелев

* В связи с распространением мной термина «современные атеисты» на все пять названных российских организаций поступили следующие разъяснения и уточнения.

«В философии религии сообщества «Карианство» совсем другие принципы и термины. Например, ортодоксальное христианство или ислам рассматриваются не как религии, а как идеологические верования (наряду с нацизмом или сталинизмом).
Но обычное посещение кладбища и иные действия в честь умерших считаются однозначно религиозным актом.
У нас четко разделяются «религия» и «вера».
Атеизм считается одной из форм рационального мировоззрения (наряду с рациональными теистическими представлениями – например, нативным политеизмом и культом ларов). Отличием атеизма от других форм рационального мировоззрение считается отсутствие в нем понятия о богах. При этом атеистическими могут считаться любые представления, которые не предполагают наличия богов, как культурологических сущностей (т.е. в категорию атеизма у нас может быть занесен не только классический безрелигиозный материализм, но также, например, даосизм или дзен).
Сообщество делит мировоззрения не по линии атеизм – теизм, а по линии рационализм – иррационализм (или, если угодно, по линии разум - неразумие).
У Вас атеизм понимается как рационализм (просто дело в другой терминологии), поэтому отношение к Вашему заявлению вполне нормальное, но если внутри Сообщества кто-то называет карианство атеизмом - его обычно одергивают (ведь в составе движения есть и люди, весьма религиозные – в нашем понимании).
Думаю, что выражу общее мнение Сообщества, если скажу, что нам ближе тезис о кооперации рационалистов (как атеистов, так и последователей свободных религий).
Александр Розов

«Институт свободы совести (ИСС) больше сосредоточен на содержательной стороне таких проблем, как реализация конституционных принципов светского государства… и свобода совести…
Ответы права и религиоведения на многие вопросы давно неадекватны. Наглядным примером является понятие о «светскости государства».
ИСС не является атеистической организацией. Не является ею и Российское гуманистическое общество. Оно не может быть им по определению, так как гуманизм – понятие на много шире, чем атеизм, гуманизм предполагает и допускает широкий спектр мировоззрений и может объединять людей разных взглядов, которые являются гуманистами по своей сути.
Поэтому просьба не классифицировать нас атеистической организацией – отрицание Бога или Творца, или бесконечности не является целью нашего Института и не входит в его функции, а в научном совете ИСС кроме атеистов есть люди верующие. Свою религиозную или атеистическую идентификацию мы оставляем на совести каждого. Это одна из задач ИСС. Изучать – пожалуйста, но не более того.
Сергей Мозговой

наверх