Надо ли бороться с лженаукой?

Из телепередачи «Главное» с Игорем Фесуненко на канале «Петербург – 5 канал» 9 октября 2005 г.

Фесуненко. Готовясь к сегодняшней передаче, я взял календарь памятных и юбилейных дат и обнаружил, что среди прочего 9 октября 1989 г. на Центральном ТВ прошел первый «оздоровительный» сеанс, который провел врач-психотерапевт (так нам его тогда представили) Анатолий Кашпировский. Помнится, многие искренне верили, что эти сеансы способны излечить людей от любых болезней. По стопам Кашпировского на телеэкраны, сцены домов культуры хлынул поток всевозможных чудотворцев. На этой волне стремительно росло число умельцев, которые и сейчас пытаются проектировать вечные двигатели и открывают так называемые торсионные поля. И требуют под свои проекты государственное финансирование.
К этой теме мы вернемся, а пока предлагаем телезрителям принять участие в телевизионном голосовании. Просим ответить на вопрос «Надо ли бороться с лженаукой?» Вот четыре варианта ответов:

1) надо, ибо псевдоученые отбирают у государства, т.е. у нас, налогоплательщиков, время и деньги;
2) надо, ибо она может быть очень опасна, например, псевдомедики могут своими фальшивыми лекарствами, ошибочными методами лечения причинить вред жизни и здоровью людей;
3) не надо, ибо так можно пропустить по-настоящему революционное открытие, которое на первый взгляд может показаться антинаучным;
4) это бесполезно, борьба не имеет никакого смысла, ибо спрос рождает предложение. Раз уж люди верят в лженауку, то воспрепятствовать этому нельзя.

В конце передачи мы подведем итоги голосования. А сейчас обратимся к сюжету нашего корреспондента Михаила Михайлова.

Михайлов. Двести миллионов рублей на извлечение энергии из камня – такую сумму выделил своим личным распоряжением Б. Ельцин на эту, мягко говоря, авантюру. Тогда ученые из РАН развели руками и попытались найти противоядие. В середине 90-х заработала Комиссия РАН по лженауке. Ее председатель Э. Кругляков разрывается между новосибирским Академгородком и Москвой. Работы невпроворот.
Кругляков. К сожалению, эти мошенники обладают высокой проходимостью: доходят до администрации Президента и Госдумы.
Михайлов. Э. Кругляков считает, что на полки книжных магазинов должна вернуться научно-популярная литература. Год назад Президент России согласился поддержать проект по популяризации науки. Ради этого акад. Кругляков готов к дополнительной нагрузке на себя и своих коллег.
Кругляков. Я поставил вопрос, что Комиссию надо расширять. Мало того, чтобы она мобильно, быстро реагировала на происходящие события, нужно, чтобы практически в каждом крупном городе, где есть наука, был представитель Комиссии.
Михайлов. Еще недавно в Министерстве обороны на Арбате было свое астрологическое управление. Э. Кругляков написал не одно письмо с предупреждением об опасности его «экспериментов». Помогло. Зато теперь рядом с главным входом – книжный лоток: оккультные силы, черная магия, способы ухода в нирвану…

Ф. Сейчас обо всем этом мы поговорим с гостем студии акад. РАН и, кстати, членом Комиссии РАН по борьбе с лженаукой Евгением Борисовичем Александровым.
Чем вызвано увеличение численности вашей Комиссии?

Александров. Об этом уже сказал Кругляков: надо, чтобы в каждом городе был человек, присматривающий за местной обстановкой. Ибо до сих пор наша Комиссия была похожа на бумажного тигра. В ней было в 4 раза меньше людей, а активно работало по существу лишь четверо: прежде всего, Кругляков, который взвалил на себя организационную работу, а также мы с Виталием Гинзбургом и акад. Рубаков. Мы брали на себя удары псевдонауки и пытались отвечать на вызовы поддерживающей ее прессы.

Ф. А какие задачи стояли перед вами и как вы их решаете?

Ф. Начну с того, что лженаука или, как говорят за границей, паранаука или псевдонаука (что не так обижает), на мой взгляд, непобедима. Она непрерывно самовоспроизводится и, по-видимому, всегда будет воспроизводиться, потому что изобретательность свойственна человеку, и люди необразованные, но почитавшие о великих научных достижениях, считают, что не боги горшки обжигают, «мы тоже что-нибудь сделаем».

Ф. И такие люди все время рождаются?

А. Непрерывно. И больше всего их раздражает и привлекает свергнуть какой-нибудь крупный авторитет. Например, очень хорошо бы скинуть Эйнштейна, ибо если я скину его, то стану еще круче, чем Эйнштейн. Поэтому больше всего достается Эйнштейну, особенно в этом году, который ему посвящен.

Ф. Но все-таки я могу вспомнить, что в нашей истории уже были примеры, когда велась непримиримая борьба с лженаукой, под которой подразумевались то генетика, то кибернетика… Не может ли сейчас повториться та ситуация?

А. Мы постоянно встречаем упреки такого сорта. Именно поэтому я считаю, что слово лженаука является неудачным. Оно дискредитировано употреблением его в советской идеологии, которая действительно травила эти настоящие науки. И чуть не затравила Эйнштейна. После печально памятной сессии ВАСХНИЛ, где громили «вейсманизм-морганизм», готовился и разгром теории относительности, потому что она, с точки зрения политруков при науке, идеологов-марксистов считалась полной идеологией.

Ф. Да, помнится, тогда у нас главной наукой были «вопросы языкознания». Что ж, давайте теперь послушаем еще одно мнение. У нас в открытой студии на Итальянской улице находится писатель и журналист Евгений Зубарев.
Я знаю, Евгений, что Вы занимаетесь трудным, но интересным видом журналистики – расследованиями, в том числе – в научной сфере. Какие, по-Вашему, механизмы для борьбы с лженаукой должны быть созданы, чтобы чушь безжалостно отсеивалась, а рациональные зерна, умные мысли, интересные догадки не терялись бы для исследователей?


Зубарев. Я глубоко уважаю академиков РАН и их деятельность. Но не думаю, что общественная организация может победить то несомненное зло, которым является лженаука и фальсификация научных исследований. С ним навряд ли справится и 40, и 140 человек. Необходим некий тотальный контроль за этой сферой, который может обеспечить только государство. У нас в Уголовном кодексе существовала статья о недостоверной рекламе, но в связи с его гуманизацией она…

Ф. То есть Вы хотите привлечь юстицию?

З. Конечно. Существует технология контроля. Есть прокуратура, федеральное антимонопольное ведомство. Существуют возможности контролировать мошенников и таким образом решать проблему на уровне государства. Конечно, надо использовать эту технологию, раз уж она существует и есть эти структуры. И примеры, когда предлагается в качестве лечения от всех болезней, ну, мы знаем, что предлагается, когда могли бы вмешаться прокуратура и антимонопольное ведомство, которые по своей сути обязаны преследовать за распространение подобной информации, пресекать ее, мы таких примеров не видим. Зато видим обратные примеры, когда чиновники выдают дипломы так называемых целителей на «коррекцию биополя» в рамках некой деятельности, которая называется вообще фантастически – «народной медициной». Хотелось бы знать, что это такое? Вы когда-нибудь видели народных пилотов гражданской авиации?

Ф. Ой, не надо, пусть летают профессиональные. Благодарю Вас. Евгений Борисович, не может ли получиться, что в процессе борьбы с лженаукой ваша Комиссия, как говорится, «вместе с водой выплеснет и ребенка»? Вот у меня мобильник, у Вас тоже. Представьте, что мы пришли с ними во времена Петра I и сказали, что можем по ним говорить из Питера в Москву. Петр повелел бы бить нас батогами, а если бы мы оказались в Испании, нас сожгли бы на костре. А когда-то вообще считалось, что Земля стоит на трех китах…

А. Я уже сказал, что наука непобедима. Но это не значит, что ее не надо держать в узде. Как преступность, как наркоманию, в конце концов. Обязательно надо как-то контролировать. Расскажу, какие цели преследует наша Комиссия. Их две. Первая – противодействие расхищению государственного бюджета через масштабные программы, прикрывающиеся какими-то фантастическими новыми «открытиями». Комиссия требует и постоянно обращается к правительству, чтобы подобного рода программы обязательно проходили экспертизу. Чтобы не было историй с добыванием энергии из камня за 200 млн рублей, которые исчезли неизвестно куда, и концы в воду. Надо бороться с шарлатанами, которые присасываются прямо к бюджету путем доступа к верхам через разных коржаковых, барсуковых и т.п.

Ф. Их уже нет.

А. Такие подходы все равно всегда есть. И мы требуем, чтобы любые подобного рода проекты шли на экспертизу, причем не к нам в Комиссию, а в РАН.

Ф. А ваша вторая задача?

А. Вторая – это просвещение населения. Никто не может запретить человеку, чтобы ему гадала гадалка или его лечил целитель. Разумеется, мы можем требовать, чтобы государство не давало мошенникам лицензии. И мы в этом участвуем. Но если сам человек хочет быть обманутым, то это его дело, и с этим трудно бороться. Человека надо просто просвещать. Поэтому вторая задача Комиссии – добиться доступа к прессе, потому что с начала 90-х годов ученых почти полностью отрубили от средств массовой информации, и мы ничего не могли ответить на публикуемый в них поток вздора.

Ф. Давайте послушаем репортаж нашего корреспондента Станислава Пылева.

Пылев. По нашей просьбе группа людей из так называемого «Института развития естественных способностей» провела сеанс массового телекинеза. Мы не ставили своей задачей ни доказать, ни опровергнуть их экстрасенсорные возможности, не проверяли наличие магнитов под одеждой. Только обратили внимание на одну странность. Поначалу стрелка компаса очень хорошо отклонялась от левой руки экстрасенса. Мы не сразу заметили, что на ее ладони был пластырь, а под ним некий предмет. Когда пластырь убрали, стрелка отказалась слушаться экстрасенса, сколько он ни пытался…
Наталья – первый в Петербурге официально признанный народный целитель, у нее диплом номер один, выданный экспертным советом городского Комитета по здравоохранению во главе с Владимиром Жолобовым. Чиновник говорит:
Жолобов. Понимаете, за тридцать лет работы врачом я видел непонятные, совершенно необъяснимые вещи…, исцеление… видел это, видел.
Пылев. Всего в Петербурге было выдано более шестидесяти дипломов целителей. Но в марте 2004 г. 62 диплома аннулированы. Сейчас целительством разрешено заниматься только профессиональным медикам. Наталья свой диплом не потеряла, она – врач-нейрофизиолог. Все остальные теперь - нелегалы. Однако в любом киоске по-прежнему можно купить газету, пестрящую их объявлениями.

Ф. Евгений Борисович, а что ваша Комиссия думает по поводу борьбы с лженаукой в сфере медицины?

А. Мы как раз принимали участие в прекращении лицензирования этих петербургских лжецелителей. Мы всегда утверждали, что все разговоры о «коррекции биополя», «биоинформационном обмене» – полная чушь. Никакого биополя просто не существует. Это известно в области точных наук. А медицина такой наукой не является. Она находится под очень большим влиянием психологической расположенности больного. Существует понятие «плацебо», когда больному дают пустышку, и, если его заболевание не соматическое, она ему порой помогает.

Ф. Благодарю. А теперь давайте посмотрим итоги нашего голосования. Первый вариант ответа поддержали 440 чел., второй – 1191, третий – 572, четвертый – 265. Таким образом, большинство наших людей все-таки разумны и считают, что с лженаукой бороться надо.

наверх