Тревоги старца Сысоя

Отрывок из романа Бориса Акунина «Внеклассное чтение» с нашим эпиграфом

                  «Можете расспросить Г.Г., которому хватило мужества отдать должное моей способности любить людей. Он так и написал: «Кажется, в наших рядах всех любит и прощает, т.е. является 100%-ным гуманистом только один человек – Юрий Леонидович Дюбенок».

                  «Поскольку мои методы борьбы ненасильственны, борьба - любовью, то конец бывает именно наш, т.е. тех людей, которые на кресте говорят: прости их, ибо не ведают, что творят, и на костре говорят подбрасывающей дрова: о святая простота… Это Вам и ответ, в чем заключается моя маниакальная идея примирить всех со всеми».

                        Из писем Ю.Л. Дюбенка, председателя Иркутского отделения РГО

Старец Сысой (в мирской жизни был банкиром Сысоевым) спросил:

- Знаете, Николай Александрович, что самое трудное в христианском учении? Любить всех людей одинаково – что ближних, что дальних. С этим у меня пока не очень. То есть любить-то всех уже научился, но некоторых пока еще больше, чем прочих… Вы что же думаете, я, как в Бога уверовал, сразу решил в скиту поселиться? И в голове не держал. Я хотел, чтоб зла поменьше делать, а хорошего побольше, только и всего. Чтоб всех людей любить, такого плана у меня не было. Я ведь раньше по другому закону жил. Помню, мне старший брат сказал, семилетнему: «Если ты мужчина, не давай себя…» Нет, не могу это слово сказать – отшельник все-таки. Не давай себя познать, если по-библейскому. Сам всех это, познавай. Такой у меня раньше закон был, пока в Бога не поверил. А познать и полюбить – это две очень большие разницы. Оказывается, не нужно никого познавать. Любить нужно! И всё, и больше ничего.

- «All you need is love»? – кивнул Николас. – Во времена моего детства эта песня звучала из каждого радиоприемника. Я, помню, слушал и думал: как свежо, как просто и как верно. Всего-то и нужно, что относиться друг к другу с любовью, как люди этого не понимают? Потом, когда подрос, узнал, что ничего свежего тут нет. Люди всегда делились на тех, кто говорил: люби остальных, даже если они тебе ничего хорошего не сделали, и на тех, кто твердил: не давай себя… И это еще не самое печальное, потому что, когда так говорят, сразу видно, кто хороший, а кто плохой. А сколько в истории было случаев, когда любовь проповедовали злые? И учили всех любви, и заставляли любить насильно, и убивали тех, кто не хочет любить или любит неправильно?

-

Э, зачем про этих говорить? – досадливо махнул рукой Сысой. – Какая может быть любовь, если людей не жалеешь? Я вот через жалость пропал. Сначала, чувствую, всех знакомых жалко стало: несчастных, потому что несчастные; счастливых, потому что счастье их когда-нибудь кончится. Дальше – хуже. Бизнесменов, с кем дела вел, жалеть начал. Обвожу их вокруг пальца, делаю, как последних лохов, а прежнего кайфа нет. Жалко. Бедных жалко, больных жалко, детей жалко, стариков жалко, жителей Черной Африки жалко… Да не от случая к случаю, а все время. Тогда и решил: уеду в тихое место, буду жалеть там человечество с утра до вечера, с перерывом только на время сна. Правда, теперь и ночью жалею – такие уж сны снятся. Потом смотрю, человечества мне мало сделалось. Зверей сильно жалеть начал. Зачем, думаю, мы их режем, шкуры с них сдираем? И перестал мясо кушать. Рыб есть тоже не могу. Как представлю: вот плавают они такие безмолвные, пучеглазые, шевелят своими губами, а сверху их сетью, и на палубу, где им дышать нечем… Бр-р-р! А тут в Интернете прочел, что растения тоже боль чувствуют, тоже могут любить и ненавидеть. К одному садовнику листочками тянутся, от другого норовят отодвинуться. Если это правда, то все, конец мне. От голода умру. Как почувствую, что капусту с морковкой жалко, тут-то мне со святыми упокой. Эх, Николай Александрович, добро – опасная штука, если к нему приохотить человека без тормозов, вроде меня… Но ничего, Господь милостив, даст пропитание. Буду йогурты диетические кушать, синтетические белки. Пшеницу тоже чего жалеть – все равно бы осыпалась. Плоды, которые не с ветки сорваны, а сами упали, тоже сгодятся. Такие даже еще вкусней…

наверх