Наука, религия и современность

В.Л. Гинзбург - Г.Г. Шевелеву 16.05.02

Дорогой Геннадий Григорьевич! Спасибо за статью Л.И. Корочкина. Это, конечно, интеллигентный человек. Однако я у него не понял, что он считает и называет "верой". Он все ссылается на христианство, но значит ли это, что он верит Библии и всем этим чудесам (непорочное зачатие, воскрешение из мертвых и т.д. и т.п.)? Я, прочитав его статью, не увидел в ней ничего, что заставило бы меня изменить свое мнение, изложенное (пусть и кратко, и несовершенно) в статьях в "Известиях-Наука". Я уже писал Вам, что они имеются на сайте www.ufn.ru, "Трибуна УФН". Советую Л.И. Корочкину прочесть статьи и книгу Е.Л. Фейнберга, на которые я ссылаюсь во второй статье. Кстати, Л.И. Корочкин по сути просто клевещет на атеизм и атеистов.

От редактора. Хотя упомянутые Виталием Лазаревичем две статьи в "Известиях-Наука" уже имеются на указанном им сайте "Трибуна УФН", мы горды возможностью выложить их и на нашем сайте. Тем более, что они могут рассматриваться и как ответ на статью Л.И. Корочкина "О роли науки и роли религии в формировании мировоззренческой парадигмы. Экскурс в биологию", опубликованную нами.

Наука и религия в современном мире

Появление в отделе "Наука" газеты "Известия" от 25 января 2002 г. статей П. Гайденко "Наука и религия должны избегать друг друга" и А. Силина "Наука должна признать религию" побуждают и даже до какой-то степени обязывают меня еще раз обратиться к вопросу о взаимоотношении науки и религии в современном мире. К сожалению, эта тема сейчас актуальна в России в связи с клерикальным наступлением, особенно со стороны русской православной церкви (РПЦ). Ярким проявлением такого наступления служит появление немалого числа статей и передач в средствах массовой информации, например, большое интервью близкого к властям политолога Г. Павловского (НГ-Религии от 26 декабря 2001 г.). В настоящей статье, однако, я не собираюсь касаться политики, хотя и возмущен многочисленными, нарушающими конституцию России, проявлениями вмешательствами церкви в светскую жизнь нашего общества.

Обсуждение роли религии и веры в Бога не может быть плодотворным, если не определить понятия и терминологию, хотя почти всякие определения условны. Будем понимать под религиозностью не просто веру в существование Бога, но и принадлежность в какому-то вероисповеданию (конфессии), например, христианству, исламу, иудаизму и т.д. Таким образом, религиозный человек верит не только в нечто, существующее за пределами природы (в Бога), но и в конкретное вероучение и его положения, например, в христианстве в непорочное зачатие, воскрешение из мертвых, святость Библии и т.д. Вместе с тем, многие верующие в существование Бога никакой религии не исповедуют и, коротко говоря, на вопрос: верите ли Вы в Бога? отвечают утвердительно, но совершенно не верят в чудеса, святость Библии, Корана и других "священных" сочинений, а часто даже относятся отрицательно к любым религиозным организациям. Итак, это категория верующих в Бога, но не религиозных людей, не теистов, а, скажем, деистов. Далее, следует категория агностиков, на вопрос о существовании Бога отвечающих "не знаю". Наконец, атеисты совсем не верят в Бога, считают существующей лишь природу, всестороннее изучение которой (ее строения, управляющих ею законов и т.д.) является содержанием и целью науки.

Весьма интересен вопрос о количестве людей, приверженных той или другой из этих четырех категорий. К сожалению, сколько-нибудь подробных сведений на этот счет у меня нет, но кое-что все же известно. Так, в конце моей статьи "Религия и наука, разум и вера", опубликованной в журнале "Наука и жизнь" N 7, с.22 (2000) была предложена соответствующая анкета. На нее было получено около 200 ответов, и отказалось, что 60% респондентов являются атеистами, 20% - людьми религиозными, 10% верят в Бога (но не являются религиозными, о чем см. выше) и 10% объявили себя агностиками (эти данные опубликованы в "Науке и Жизнь" N 9, с.46, 2001). Могу также сообщить, что среди членов Национальной Академии наук США, ответивших на вопросы, верующими назвали себя 7% опрошенных (Nature 394, 313, 1998). Было бы интересно и полезно провести такой опрос и среди членов Российской Академии наук, а также всех сотрудников РАН. К сожалению, это не сделано, и весьма сомневаюсь, что будет сделано. Думаю, что среди ученых (кроме, быть может, гуманитариев) религиозных людей не больше нескольких процентов.

Помимо упомянутой популярной статьи в "Науке и Жизни", я опубликовал также статью "Разум и вера (замечания в связи с энцикликой папы Иоанна-Павла II "Вера и разум")" в "Вестнике РАН" N 6, 546, 1999 г.; статья помещена также в журнале "Здравый смысл" N 13, 51, 1999 г., и в моей книге "О науке, о себе и о других" М. Физматлит, 2001. Упомянутая выше последняя энциклика папы Иоанна-Павла II, этого выдающегося церковного деятеля, имеющаяся и на русском языке (М. Издательство Францисканцев, 1999 г.), является, видимо, богословским завещанием папы и отражает видение места и содержания католицизма на начало третьего тысячелетия нашей эры. Мне неизвестно в деталях отношение к этой энциклике представителей других христианских конфессий. Но то, что я знаю в этом отношении в случаях православной и англиканской церквей, позволяет предполагать, что в интересующем нас здесь вопросе о взаимоотношении науки и религии, все христианские конфессии согласны между собой.

Это согласие отражает радикальное изменение взглядов церкви на связи науки и религии, разума и веры по сравнению с имевшими место в прошлом. Как известно, евангельская легенда повествует, что на вопрос Понтия Пилата "Что есть истина?" - Иисус Христос не ответил. Христианская же церковь в течение столетий считала ответ ей известным и пыталась диктовать науке свое понимание того, что истинно и что ложно. При этом истинным считалось написанное в Библии. Эту точку зрения церковь в своей многовековой истории пыталась утвердить путем насилия, наиболее известным проявлением которого являлась деятельность инквизиции. По "суду" инквизиции в 1600 г. был сожжен на костре Джордано Бруно (эта 400-летняя дата в 2000 г. отмечена, конечно, не была; отмечался другой юбилей). В 1633 г. инквизиция осудила великого Галилея. Только в 1992 г., т.е. более чем через 350 лет, Иоанн-Павел II открыл новую страницу в истории католицизма, "реабилитировав" Галилея.

Развитие науки, связанное на первом этапе с именами Коперника, Галилея, Кеплера и Ньютона, а затем блестяще продолжавшееся в 18-ом и 19-ом веках, не оставило камня на камне на "библейской науке" и привело к широчайшему распространению атеизма, во всяком случае, среди ученых и образованной части общества. Для того, чтобы как-то сохранить свое влияние не только в темных массах, верящих в чудеса, церковь перестроилась и, можно сказать, признала науку, разум в качестве чего-то равноправного с верой. Упомянутая энциклика папы начинается словами: "Вера и разум подобны двум крылам, на которых дух человеческий возносится к созерцанию истины. Сам Бог заложил в сердце человека желание познать истину и в конечном итоге познать Его, чтобы тот, познавая и любя Его, мог достичь полноты истины в себе самом". Центральный пункт современной религиозной доктрины, насколько я понимаю, состоит, таким образом, в том, что церковь признает роль разума (науки) в познании истины, но считает, что достичь полноты понимания истины о человеке и окружающей его реальности (видимой и невидимой) только разумом невозможно. Нужно кроме разума еще и Откровение, ибо "истина, постигнутая через философское размышление, и истина Откровения не перепутываются, как и ни одна из них не делает другую излишней".

Я был бы рад, если бы понимал, что такое Откровение и каким образом оно и, вообще, вера в существование Бога может помочь в познании истины, что является целью науки или, во всяком случае, материалистической науки, признающей существование истины. Атеизм, как я его понимаю, не видит никакого места для Бога, не знает никаких доказательств того, что вера в Бога помогает познать истину. Задача теологов, казалось бы, состоит в том, чтобы привести такие доказательства. Мне они совершенно неизвестны. Не знает их, по-видимому, и П. Гайденко, рекомендующая религии вообще избегать науки. О статье П. Гайденко писать подробнее не буду, поскольку это сделано Е.Л. Фейнбергом в его статье, с которой я согласен. Позволю себе лишь высказать свое возмущение глубокими, по ее мнению, философски обоснованными замечаниями о соприкосновении с мистикой и оккультизмом блестящих достижений современной теоретической физики. Эти достижения, вызывающие восторг у квалифицированных физиков, якобы, противоречат здравому смыслу неспециалистов, и поэтому плохи. Вот поистине оригинальное философское суждение. Кстати, уже упомянутый совет П. Гайденко, заключающийся в том, что "наука и религия должны избегать друг друга", противоречит мнению церкви. Действительно, как ясно из вышеизложенного, церковь считает, что религия способна и даже должна помогать науке в познании истины. В этом вопросе позицию П. Гайденко я считаю более обоснованной.

Что касается статьи доктора технических наук А. Силина, то, видимо, не обнаружив в недрах технических наук каких-либо указаний на существование Бога, он обратился к космологии и биологии. Думаю, что источником его информации является какая-то второсортная научно-популярная литература. Например, он так характеризует антропный принцип: "... появление человека было запланировано Высшими силами". На самом деле, так называемый антропный принцип сводится к замечанию, что жизнь (существование живых организмов) в известных нам формах возможна не при всех физических параметрах, характеризующих материю. В нашей Вселенной эти параметры таковы, что жизнь возможна. Если же существуют другие Вселенные (в таком случае их правильнее назвать Метагалактиками), а такая гипотеза существует, то в некоторых из них, характеризуемых другими параметрами взаимодействия между частицами вещества, жизнь была бы невозможна. Причем здесь Бог и религия? Обращаясь к биологии, А. Силин ссылается на хорошо известные трудности, связанные с темпами эволюции организмов и т.д. Этой теме, как и вообще великой проблеме происхождения жизни и мышления, посвящены многочисленные исследования. На многие вопросы, в частности, упоминаемые А. Силиным, получены ответы, но в целом проблема еще, конечно, не решена - она является объектом изучения целого комплекса наук о живом. С современным состоянием этой проблематики читатели могут познакомиться в статье Д.С. Чернавского "Проблема происхождения жизни и мышления с точки зрения современной физики" (Успехи Физических Наук 170, 157 (2000)). В конце своей статьи А. Силин пишет: "Современное естествознание не нуждается в Боге так же, как во времена Лапласа, заставляя натуралистов дерзко измышлять гипотезы и проверять их опытом. Тем не менее, наука должна открыто признать то, что она давно приняла фактически: наличие в природе идеальной реальности, несводимой к реальности материальной". Это "открыто должна признать" дорогого стоит. Нет, наука не только не "должна признать", но в своем подавляющем большинстве ученые этого и не признают. Во "врезке" от редакции, предваряющей статьи П. Гайденко и А. Силина, а также и в самих этих статьях имеются ссылки на каких-то "видных ученых", которые, якобы, "вынуждены были - под давлением новых фактов и не видя иного пути - обратиться к помощи религии". Кто же эти видные ученые, наши современники? Мне таковые неизвестны. Кстати, я являюсь иностранным членом ряда академий наук, в том числе наиболее известных и уважаемых - Национальной Академии наук США (НАН) и Лондонского Королевского общества. Получаю их материалы. И за многие годы в числе этих материалов не было ничего относящегося к религии за исключением одной брошюры, составленной специальной комиссией НАН и посвященной доказательствам полнейшей несостоятельности креационизма.

Теперь сделаю замечание об одном распространенном у нас в массах аргументе против атеизма. Он заключается в ссылке на действия так называемых "воинствующих безбожников". Последние во времена преступной большевистской диктатуры преследовали верующих, разрушали храмы, вообще совершили немало хулиганских и даже бандитских поступков. Однако как-то связывать, а тем более отождествлять атеистов с "воинствующими безбожниками" просто абсурдно. Для этого не больше оснований, чем отождествлять верующих христиан с инквизицией или всех исповедующих ислам с исламскими фундаменталистами и гнусными террористами. Признание полной свободы совести, уважение к правам верующих - естественное поведение любого цивилизованного человека. Атеисты в этом отношении не составляют никакого исключения.

Наконец, последнее. Чем же объясняется известное возрождение религиозности и клерикализма в наши дни в России? Во-первых, это реакция на ситуацию, имевшую место в советские времена (см. выше). Во-вторых, это следствие низкой образованности населения. Образованный человек должен знать не только имена авторов "Евгения Онегина" и "Войны и мира", но и иметь достаточно обширные представления о строении вещества (физика) и живых организмов (биология). К сожалению, с подлинной образованностью дела в России, да и во многих других странах не блестящи. Наконец, третья и, вероятно, основная причина роста клерикализма в стране - это государственная политика в отношении религии и насаждение религиозной и, особенно православной идеологии, что проявляется как в поддержке РПЦ, так и в появлении слова Бог даже в гимне нашей светской страны (!). Я глубоко убежден в том, что попытки поставить на место потерпевшей полный крах коммунистической (большевистской) идеологии православную идеологию, о чем мечтают уже упомянутый выше Г. Павловский и его единомышленники, являются реакционными и обречены на провал. Светлое будущее человечество может увидеть только на пути просвещенного светского (секулярного) гуманизма. Не знающие, что такое современное всемирное гуманистическое движение, могут обратиться хотя бы к нашей совместной с В.А. Кувакиным статье на эту тему, опубликованную в "Вестнике РАН" N 6, с.483, 2000 г.; в журнале "Нева" N 6, 141, 2000 г., и в упомянутой выше моей книге "О науке, о себе и о других".

К сожалению, торжества гуманизма мне увидеть уже не суждено, но мои правнуки, которым сейчас два года, быть может, его дождутся.

27 января 2002

Еще раз о науке и религии в современном мире

В последнее время "Известия - Наука" поместили несколько статей, посвященных взаимоотношениям науки и религии, а также близким вопросам. Думаю, что, поступая так, газета действует правильно, учитывая интерес общества к этой проблематике в современной России, которую захлестывает волна клерикализма. Достаточно упомянуть хотя бы многочисленные передачи религиозного характера по телевизору и по радио при полном отсутствии атеистического просвещения. Я, однако, не собираюсь ниже останавливаться на, так сказать, политизированной стороне дела, и хочу лишь сделать ряд замечаний, дополнительно разъясняющих мою позицию, изложенную в статье, опубликованной в "Известиях - Наука" от 1 февраля 2002 г. Подобные разъяснения и уточнения (они сделаны также в статье Е.Л. Фейнберга в "Новых Известиях" от 22 февраля 2002 г.), как я думаю, оправданы в свете других опубликованных затем статей.

В своей статье в "Известиях - Наука" от 22 февраля П. Гайденко, забыв о своей предыдущей статье от 25 января, упрекает меня в наивности и незнании истории христианства в связи с утверждением, что церковь со времен средневековья радикально изменила свое отношение к науке. Последнее отражено, в частности, в энциклике папы Иоанна-Павла II "Вера и разум" (1998 г.). Не будучи, в отличие от П. Гайденко, религиоведом, я действительно не знаю, какую роль в разное время отводили разуму многочисленные святые, блаженные и юродивые. Но я знаю общеизвестное - отношение официальной церкви к науке еще 400 лет назад. Чем напоминать ситуацию своими словами, приведу знаменитый отрывок из письма великого Галилея герцогине Кристине Лотарингской:

"Профессора-богословы

не должны присваивать себе права регулировать своими декретами такие профессии, которые не подлежат их ведению, ибо нельзя навязывать естествоиспытателю мнения о явлениях природы... Мы проповедуем новое учение не для того, чтобы посеять смуту в умах, а для того, чтобы их просветить; не для того, чтобы разрушить науку, а чтобы ее прочно обосновать. Наши же противники называют ложным и еретическим все то, что они не могут опровергнуть. Эти ханжи делают себе щит из лицемерного религиозного рвения и унижают Священное писание, пользуясь им как орудием для достижения своих личных целей... Предписывать самим профессорам астрономии, чтобы они своими силами искали защиты против их же собственных наблюдений и выводов, как если бы все это были один обман и софистика, означало бы предъявлять к ним требования более чем невыполнимые; это было бы все равно, что приказывать им не видеть того, что они видят, не понимать того, что им понятно, и из их исследований выводить как раз обратное тому, что для них очевидно".

Между прочим, тем, кто занимался наукой в советские времена, эта цитата, если заменить богословов на марксистов, а Священное писание на марксизм-ленинизм, живо напоминает условия, в которых им приходилось работать. Тем же, кто плохо знает историю, можно также напомнить, что действия церкви отнюдь не сводились к философским дискуссиям о роли разума - неугодных преследовали вплоть до сожжения на костре. Поэтому многие, руководствовавшиеся разумом, а не Откровением, предпочитали помалкивать. Сегодня же церковь признает разум как нечто равноправное с верой. Об этом официальном изменении в позиции церкви, ярко отраженном в энциклике "Вера и разум", я и писал.

Второй важный момент, который хочу еще раз особенно подчеркнуть, это необходимость различать людей, верующих в существование Бога, от людей религиозных (теистов), т.е. не только верующих в Бога, но и исповедующих какую-то религию (например, христианство). Конечно, здесь нет резкой границы, возможны какие-то нюансы, определение же понятий всегда несколько условно. Однако одно дело верить в существование Бога или абсолюта, чего-то находящегося вне природы, быть может, даже создавшего эту природу, включая сюда жизнь и сознание, но не управляющего людским поведением; конкретно, насколько понимаю, таков деизм*. Совсем другое дело религия (теизм) с ее верой в чудеса и святость Библии, Корана и т.п. Среди чудес, в которые верят религиозные люди - непорочное зачатие, воскрешение из мертвых, существование рая и ада, а также какой-то чуть ли не материальной души, грядущее второе пришествие Христа, конец света и т.п. Разумеется, всякий теист одновременно является верующим в Бога, но не наоборот.

Отношение к религии (теизму) и вере в Бога типа деизма у меня, во всяком случае, совершенно различное. Религию, включающую в себя веру в чудеса, я считаю, с одной нижеследующей оговоркой, не отличающейся от лженауки, например, астрологии. До создания классической механики Галилеем, Кеплером и Ньютоном, т.е. еще триста с небольшим лет назад (Ньютон опубликовал свои "Математические начала натуральной философии" в 1687 г.), астрологию еще нельзя было считать лженаукой, ибо отсутствие связи между положением планет и звезд на небе с человеческим поведением и вообще судьбой доказано не было. Но сегодня и уже достаточно давно астрологические "предсказания" вполне надежно опровергнуты (см., например, статью В. Сурдина в журнале "Наука и жизнь" N 11, 12, 2002 г.). Религиозные чудеса, например, упомянутые выше, имеют, как сказано, такой же "статус". Поэтому и вера в них несовместима с научным подходом. Упомянутая выше разница, причем существенная, между астрологией и религией (теизмом) состоит в том, что астрология вредна - она вводит людей в заблуждение и может верящим во вздорные предсказания принести большие неприятности. Религиозные же чудеса в каком-то смысле невинны - вера в них, вообще говоря, не приносит вреда. Главное же, религия, если не говорить о некоторых сектах и, скажем, исламском фундаментализме, призывает к добру, формулирует известные всем заповеди, призывающие и к вполне позитивным нормам поведения, к соблюдению известных этических норм (заповедей). Поэтому, будучи бескомпромиссным сторонником борьбы с лженаукой, я отнюдь не призываю к борьбе с религией (речь не идет, конечно, о религиозных фанатиках - террористах и т.п.). Далее, будучи убежденным атеистом, я, конечно, не только никогда не был воинствующим безбожником, но являюсь также убежденным сторонником свободы совести, т.е. права любого человека верить или не верить в Бога и свободно высказывать соответствующие убеждения. Мне пришлось в последние годы выступать в защиту атеизма лишь в силу того, что в нарушение конституции Российской Федерации у нас оказывается государственная материальная и идеологическая поддержка религии (особенно, православию), и даже в Государственном Гимне нашей светской страны появилось слово Бог. Считаю это просто чудовищным.

Итак, религия - это пережиток отсталости, прогнивший плод необразованности. Но по указанной выше причине задача атеистов состоит не в борьбе с религией, а в просвещении и, скажем, разъяснении всей научной несостоятельности креационизма.

Одним из излюбленных методов защитников религии являются ссылки на взгляды великих людей. Насколько знаю, нет оснований сомневаться в религиозности многих из них, живших столетия назад. Но нельзя же забывать, что наука тогда находилась совсем на другом уровне, и ссылки на взгляды, например, замечательного ученого Паскаля, скончавшегося в 1662 г., не могут служить весомым аргументом в дискуссиях о взаимосвязи науки и религии в начале XXI века. Если уж ссылаться на авторитеты, то при обсуждении современной ситуации нужно оперировать с взглядами, высказанными не раньше, чем в XX веке. Дело в этом вопросе обстоит, к сожалению, совершенно неудовлетворительно. Так, из статьи в статью ссылаются на то, что, якобы, религиозным был Эйнштейн, этот величайший физик XX века. Его взгляды с течением времени менялись, но они хорошо известны и суммированы, например, в книге Макса Джемера "Эйнштейн и религия" (M. Jammer. "Einstein and Religion", Принстон, 1999 г.), а также в сборнике высказываний Эйнштейна ("Quotable Einstein", Принстон, 1996). Вот, например, что ответил Эйнштейн в 1929 г. на вопрос о его верованиях: "Я верю в Бога Спинозы, который проявляет себя в гармонии всего сущего, но не в Бога, который заботится о судьбе и действиях людей". Эйнштейн пользовался также термином "религия", но когда друзья упрекнули его в использовании религиозной терминологии, ответил им так: "Я просто не мог найти более подходящего слова. Какого черта мне до того, что попы наживают на этом капитал". Коротко говоря, Эйнштейн совершенно определенно не был теистом и, по моему разумению, его правильнее всего, как и Спинозу, считать пантеистом. Разницы же по существу между пантеизмом и атеизмом я не усматриваю.

Другой излюбленной мишенью для причисления к верующим у нас в СССР был великий физиолог И.П. Павлов. И опять попали пальцем в небо; например, в воспоминаниях М.К. Петровой, ближайшей сотрудницы И.П. Павлова, которые товарищ Суслов запретил в свое время публиковать, приводятся такие слова И.П. Павлова: "Человеческий ум ищет причину всего происходящего, и когда он доходит до последней причины, это есть Бог... Но сам я не верю в Бога, я неверующий (М.К. Петрова "Вестник РАН" N 11, 1995). Насколько знаю, есть и другие свидетельства того, что И.П. Павлов был неверующим. Протестовал же он против гонений на церковь в силу естественного возмущения большевистским произволом. Ю. Владимиров в статье, опубликованной в "Известиях - Наука" от 22 марта, приводит слова одного из крупнейших физиков XX века П. Дирака: "Религия - род опиума, который дают народу, чтобы убаюкать его сладкими фантазиями". Это же буквально тождественно формуле К. Маркса "Религия - опиум для народа". Я не сторонник марксизма, но вполне согласен с этой формулировкой. Другое дело, что опиум иногда может быть полезен, а его применение оправдано. Я , например, завидую верующим. Действительно, мне 85 лет, понимаю, что смерть близка. А она может оказаться мучительной, и не менее мучительны мысли о судьбе близких людей. Как хорошо было бы верить в существование, скажем, загробной жизни и т.п. Но разум дан человеку и для того, чтобы контролировать свои эмоции и не заниматься самообманом, верой в чудеса. Ю. Владимиров в цитированной статье ссылается на то, что верующими христианами было несколько известных физиков. За отсутствием соответствующих сведений о мнениях некоторых из них спорить не могу, но не могу также не счесть несерьезным приводимый Ю. Владимировым аргумент в пользу религиозности Н. Боголюбова, состоящий в том, что Н. Боголюбов "много сделал для восстановления храма в Дубне". Отнюдь не только верующие являются противниками разрушения храмов.

Более существенно высказывание Ю. Владимирова о том, что "...атеизм, кстати сказать, тоже религия, но альтернативная". Здесь нашел отражение действительно важный вопрос. В самом деле, атеизм, т.е. отрицание существования Бога, и вера в существование Бога - это "интуитивные суждения". Пользуюсь здесь представляющейся мне наилучшей терминологией Е.Л. Фейнберга, поясненной в его книге "Две культуры" (М., "Наука", 1992) и статье в журнале "Вопросы философии" N 7, 1997. Интуитивные суждения нельзя ни доказать, ни опровергнуть. Однако, между интуитивным суждением атеиста о несуществовании Бога, т.е. чего-то лежащего за пределами природы, и интуитивным суждением о существовании Бога есть огромная разница. Атеист базируется на науке, на исследовании и изучении природных явлений или экспериментов. Развитие науки, новые ее результаты, приводят к перманентному изменению научных представлений. Религия же в большой мере статична, сравните изменение христианства за последние столетия и изменение науки за тот же период - эти изменения несопоставимы. Религия (теология) допускает существование чудес, опирается на некоторые чудеса (т.е. мнимые факты и утверждения, не допускающие проверки и, вообще говоря, противоречащие научным данным). Если же речь идет о представлениях типа деизма, то об их существенном развитии мне тоже ничего не известно. Да и что здесь может меняться? Наука в каждый данный момент не отвечает, конечно, на все вопросы, но она, как сказано, непрерывно развивается. Привлечение же Бога в качестве ответа на нерешенные проблемы - это просто сведение одного неизвестного к другому неизвестному, называемому Богом. Читая уже цитированные статьи П. Гайденко, Ю. Владимирова и другие, мне известные, я не смог усмотреть в них никакого позитивного содержания. Несколько подробнее об этом я пишу в статье "Разум и вера" ("Вестник РАН" N 6, 1999), и здесь нет места для повторений. Конечно, верующие в существование Бога вполне могут обвинить атеистов и меня, в частности, в непонимании их взглядов. Но, казалось бы, это их задача, их проблема - продемонстрировать, что же дает Откровение*, что они познали о природе и, в частности, о человеке в результате религиозных размышлений на основе Откровения или каким-либо иным связанным с религией путем. Кстати сказать, никак не могу согласиться с без конца повторяемым утверждением, что "если Бога нет, то все дозволено". Откуда следует, что атеизм в какой-то мере оправдывает убийство, воровство и т.п.? Религия, да и то не всякая и не всегда, действительно призывает к соблюдению известных этических норм. Однако это обстоятельство отнюдь не является ее монополией и не может служить доводом, свидетельствующим против справедливости атеистических взглядов.

В древности, когда научных знаний не было или они находились в зачатке, естественным образом родились определенные религиозные и этические представления, нашедшие отражение, в частности, в Библии. Библия остается и останется навсегда важным историческим документом и, в то же время, художественным произведением. Однако с развитием науки Библия, Коран и вся сопутствующая им литература полностью потеряли роль каких-то "священных" сочинений. Еще сохраняющаяся, тем не менее, у религиозных людей вера в святость этих сочинений находится на том же уровне, как вера в гороскопы. Тот факт, что еще многие миллионы людей остаются религиозными, это результат необразованности широких масс. Достаточно сказать, что сегодня на земном шаре около одной шестой всего населения, т.е. около миллиарда человек не умеют даже читать и писать. А среди тех, кто это умеет, подавляющее большинство не знает азов современной физики и биологии. Перед лицом острого кризиса цивилизации, которой угрожает террор, быть может, с использованием оружия массового поражения, проблема религии как-то отходит на второй план. Предсказать будущее я, конечно, не могу. Однако мое интуитивное суждение таково: кризис будет преодолен, человеческое общество на Земле не деградирует и когда-нибудь придет в состояние, в котором для религии не останется места.

8 апреля 2002


* Полезно, думаю, напомнить определение деизма согласно энциклопедическому словарю ("Новый энциклопедический словарь", М., 2001). Это: "Религиозная философская доктрина, которая признает Бога как мировой разум, сконструировавший целесообразную"машину" природы и давший ей законы и движение, но отвергает дальнейшее вмешательство Бога в самодвижение природы (т.е. "промысел божий", чудеса и т.д.) и не допускает иных путей к познанию Бога, кроме разума.

* Согласно энциклопедическому словарю, Откровение - это: "В монотеистических религиях непосредственное волеизъявление божества или исходящее от него знание как абсолютный критерий человеческого поведения и познания. Выражается в тексте "писания" (в иудаизме и христианстве - Библия , в исламе - Коран ) и в "предании", также получающем письменную фиксацию (в иудаизме - Талмуд , в христианстве - сочинения отцов Церкви, в исламе - Сунна)".

* 1. Помимо определений терминов "деизм" и "Откровение", приведу здесь, согласно тому же словарю, еще три термина:

Атеизм. Исторически разнообразные формы отрицания религиозных представлений и культа и утверждение самоценности бытия мира и человека. Находит выражение в вольнодумстве, свободомыслии и др. Современный атеизм рассматривает религию как иллюзорное сознание.

Теизм (теус - по-гречески - бог). Религиозное мировоззрение, исходящее из понимания Бога как абсолютной личности, пребывающей вне мира, свободно создавшей его и действующей в нем. Признание потусторонности Бога отличает теизм от пантеизма, признание непрерывной активности Бога - от деизма. Наиболее характерен для генетически связанных между собой религий - иудаизма, христианства и ислама.

Пантеизм. Религиозные и философские учения, отождествляющие Бога и мировое целое. Пантеистические тенденции проявляются в еретической мистике средних веков. Характерен для натурфилософии возрождения и Б. Спинозы, отождествившего понятия "Бог" и "природа".

В тексте я почти отождествляю теизм и религию, что не общепринято и, быть может, не очень удачно. Но суть дела, надеюсь, ясна. На большее же в отношении терминологии и не претендую.

2. Излюбленным аргументом в пользу ценности религии или, точнее сказать, заслуг церкви и, конкретно, христианства, является такой: многие великие люди были не только верующими, но и жили в монастырях или бывших монастырях, какими являются старые колледжи в Кембридже и Оксфорде. Это действительно верно - достаточно вспомнить о Копернике, Ньютоне и Менделе. Но что же это доказывает? Кто же будет отрицать, что в течении многих веков христианство было доминирующей идеологией, и наука, можно сказать, находила убежище в большой мере в монастырях. Однако давным-давно это не так, если не говорить о своеобразной Папской Академии наук и очень небольшой Ватиканской обсерватории. Оба эти учреждения не играют сколько-нибудь заметной роли в развитии современной науки.

наверх


пластиковые окна - Наша компания Калева-балкон все выполняет по Калева стандарту по довольно доступной цене.