Несколько мыслей о предстоящей реформе русского языка

Всякая реформа языка всегда встречается в штыки. Человеку малограмотному, не пишущему, на язык вообще и на правописание в особенности, глубочайшим образом наплевать; реформу, которая делается, якобы, для его блага, он просто не заметит и по-прежнему, когда злая судьба заставит взяться за карандаш, будет писать с ошибками. Совсем иное дело люди грамотные, которые по мановению руки реформатора будут переведены в разряд недоучек. И в самом деле, для чего в школе учились? Чтобы потом "парашут" писать? Не принимает душа подобного шутовского буквосочетания. Однако, попробуем обойтись без истерик, а здраво подумать. Ведь должны же быть у реформаторов какие-то реальные причины для реформы, кроме желания показать, что, мол, не зря зарплату получаем и хлеб едим. И эти причины декларируются ясно и недвусмысленно. Слишком много исключений приходится запоминать школьникам, изучающим русский язык, и вся реформа делается для того, чтобы измученному дитяти не пришлось ломать голову, сколько "н" следует писать в суффиксе у причастия, где надо ставить дефис, а где он совершенно не нужен.

Ничего не скажешь, благая цель, детей и впрямь нужно любить и холить, в особенности на уроках родного языка. Однако, смею утверждать, что цель эта лишь декларируется, а на самом деле преследуются совершенно иные задачи, и в тех случаях, когда для истинной цели требуется ввести десятки новых исключений, господа реформаторы с легким сердцем принимаются эти исключения плодить.

Так или иначе, новшества, предлагаемые "Институтом русского языка", покуда носят рекомендательный характер, до поры до времени их можно обсуждать, и лишь один раз я наткнулся на жесткий императив. В статье опубликованной в газете "Труд", читаем: "Все церковные слова, униженные советской властью до строчной (маленькой) буквы, отныне будут начинаться с прописной (большой) - Господь, Богородица, Коран, Библия, Рождество, Пасха..." Замечательно! А теперь посмотрим, как тут насчет исключений и новых трудностей. В евангелии от Матфея (26.19) читаем: "Ученики сделали, как повелел им Иисус, и приготовили пасху". Так что, отныне это кушанье следует с заглавной буквы писать? И есть мы будем Пасху? Или, праздник пасхи пишется в большой буквы, а еда -- с маленькой? Как будет писаться слово "церковь"? Поселковая Церковь сгорела дотла -- так? Или церковь как церковное здание -- со строчной, а церковь как собрание верующих и священослужителей (церковь воинствующая) -- с прописной? А как рекомендуется писать "церковь торжествующую"? -- ведь есть и такое понятие. Бедные школьники, сколько исключений свалится на их измученные головы! И добро бы только русский язык, а тут ведь в теологии придется разбираться. И это при том, что церковь, слава богу, покуда отделена от государства и школы.

Кстати, о написании существительного "бог". В статье И.Пули читаем: "Однако при упоминании Божьего имени, что называется, всуе, без прямой связи с религией, слово следует начинать с маленькой буквы: не бог весть что, ей-богу, боже мой". И сразу возникает вопрос, а если некто произносит словосочетание "ей-богу", глядя на образа и истово крестясь? Неужто в этом случае следует писать "ей-Богу"?! И, самое главное, как школьнику, об удобствах которого якобы пекутся реформаторы, разобраться во всех этих неграмматических тонкостях?

Неясным остается вопрос о написании существительного "бог" с уменьшительными и ласкательными суффиксами. "Божок", "боженька", "божишко"... Неужто с заглавной? "Бедной божишко, злосчастный Христос, это что ж творят над тобой фарисеи нового времени?" -- впишите здесь заглавную букву и вместо кручины верующего человека получите откровенное богохульство.

Опять же, слово "богохульство"... Хулят не кого-нибудь, а его, родимого, Бога! Значит, по аналогии с "Богородица" должно писать: "Богохульство". Или опять имеем исключение? Зубрите, дети, зубрите!

Оттенки смысла в русском языке чрезвычайно тонки, прописная буква, придающая слову пошловатую напыщенность, может менять смысл на прямо противоположный. Вот беззлобный юмористический стишок:

                        Ничтожный бог, творец мой неумелый,
                        Почто, почто ты жабры не дал мне?

Напишем эти же строчки в соответствии с правилами новой "орфографии":

                        Ничтожный Бог, Творец мой неумелый...

Да, это уже и впрямь Богохульство. С прописной буквы.

А вот еще пример: "Славянский бог Велес хранит крестьянские стада". Связь с религией самая несомненная, так почему этого бога нужно писать со строчной? Только потому, что бог христиан, мелочный и мстительный, по мнению самих христиан, есть единственный истинный бог? Что-то мне это напоминает... Ах, да! Еще в недавние годы существительное "партия" предлагалось писать как все прочие слова за исключением тех моментов, когда речь идет о единственной, истинной "Партии". Значит, в "Институте русского языка" не изжили угодливого желания подлизываться к властям предержащим и со рвением сутенера продолжают укладывать великий и могучий русский язык под политических временщиков. Удивительно забавно читать статьи покойного академика Розенталя, наблюдать, как колебалась высоконаучная точка зрения в такт партийным указаниям. С полной безаппеляционностью научное светило, в школьные годы само писавшее "бог" с заглавной буквы, объявляет, что "христос" следует писать со строчной, поскольку это не имя, а обычное прилагательное -- "распятый". О том, что клички и прозвища пишутся с прописной, будущему директору "Института русского языка" в ту пору было неизвестно. Иисус Христос, Сережка Кривой, Сонька Золотая Ручка, вроде бы так... Затем, когда курс "Партии" начал смягчаться, Иисусу вернули право на кликуху, но в качестве компенсации ввели заглавные буквы в существительных "съезд", "коммунизм" и прилагательном "генеральный". В последние годы своей чрезвычайно долгой жизни академик вновь возмечтал о "Пасхе", ибо это имя собственное. Так или иначе своих корыстных целей Розенталь добился, он не был расстрелян в тридцатых, посажен в сороковых, его не отправили в психушку с семидесятых. Розенталь прожил, сидя на хороших должностях, свыше девяноста лет и, как видим, оставил достойных учеников. И, тем не менее, политическая проституция не имеет никакого отношения к науке и не должна влиять на реформу русского языка.

Мне

могут возразить, что в стране еще достаточно велик процент верующих людей, а в последние годы, в связи с модой на религию, число религиозных людей даже увеличилось. Для них важно писать должность своего кумира с заглавной буквы. С этим я совершенно согласен. Но при чем здесь десятки миллионов неверующих людей, которых тоже заставляют писать неграмотно? Опять же, вспомним, что в стране еще достаточно велик процент граждан, для которых принципиально важно писать с заглавной буквы слова "коммунизм", "партия" (та, которая "Коммунисимческая") и "советская власть". Однако, поскольку власть переменилась, на эти миллионы людей реформаторы из "Института русского языка" чихают с присвистом. Им важно угодить представителям духовенства, христианского и, политеса ради, исламского. Буддизм, который также является одной из традиционных религий на территории России (буряты, тувинцы, калмыки) заглавными буквами обделен. Один только далай-лама, быть может, станет писаться высоким штилем, а такие священные понятия, как "Карма" или "Нирвана" -- штилем подлым.

Если господа русисты и впрямь заботятся о религиозных чувствах российских граждан, то они должны были бы знать, что в России с давних пор проживают народы, исповедующие шаманизм и, значит, следует писать "Шаман", "Капище", "Идол". Последние годы начало возрождаться славянское язычество, которое конечно захочет, чтобы языческие "Боги" тоже получили жирную букву. А ведь язычество на Руси, в отличие от наносного христианства, было незаемным и, хотя бы уже поэтому, достойно уважения. Опять же вспомним такую христианскую конфессию, как сатанизм. Для его приверженцев принципиально важно писать слово "бог" маленькими буквочками, а "Черт" или "Ад" -- пребольшими. Конечно, сейчас этих извращенцев в России относительно немного, но современная политика православной церкви такова, что можно быть уверенным -- в самое ближайшее время сотни тысяч, если не миллионы, молодых людей, исключительно из чувства протеста, качнутся в сторону сатанизма. Впрочем, специалисты из Института русского языка о будущем не загадывают. Будет день, будет пища; изменится политическая обстановка, и, по указке мудрых филологов, начнем писать слово "дьявол" с заглавной буквы. Вот только думаю, а вдруг кто-то не захочет кланяться нечистому, и в стране, словно встарь, начнутся религиозные войны? Опять начнем штурмовать мятежный Соловецкий монастырь или крестить Новгород огнем и мечом. И все из-за одной буквы... "Умрем за единый аз," -- призывал мятежный протопоп. Так неужто вернемся в семнадцатый век?

За последние триста лет русский язык пережил две по-настоящему серьезные реформы: петровскую и реформу 1918 года. Во всех остальных случаях изменения, вносимые в грамматику, были не столь значимы и вводились постепенно (язык вообще не любит революций). А вот две знаменитых реформы проводились насильственно. Спрашивается, как собираются проводить нынешнюю реформу? Будут отнимать лицензию у тех издателей, которые откажутся издавать книги в соответствии с новой орфографией? Ноздри рвать будут? Морячков с "Авроры" пошлют, изымать из компьютеров строчную "б"? Как вообще можно рассчитывать на успех реформы, когда слишком большой процент людей не желает принимать ее, а механизма подавления в руках законодателя нет? Полагаю, никто не станет вступаться за старые правила написания дефиса в сложных словах, в этом плане реформа абсолютно своевременна. А уже со словом "парашут", как видим, возникают трудности. Тем более они возникнут, если попытаться навязать народу заглавное "б" в некоторых нехороших словах, ведь тут дело касается принципов, а принципами, как было некогда сказано, поступаться не можно. Например, во всех моих книгах я так или иначе нападаю на церковь и само понятие бога, которое считаю наиболее отвратительным из всего, до чего додумался извращенный разум. Так неужто я стану в собственных произведениях писать религиозные термины с заглавной буквы? Разумеется, стану, но только, когда захочу поиздеваться над понятием "Бога". Во всех остальных случаях буду вносить в договор особый пункт, регламентирующий написание подобных слов. А поскольку книги мои коммерчески выгодны, то издатели, несомненно, согласятся с подобным условием, как сейчас соглашаются с наличием в моих текстах обязательной буквы "е". Полагаю, что я не один такой, для многих авторов неприемлема прописная буква "Б".

Что же после этого останется от идеологического пункта новых правил? Только одно -- поляризация общества по религиозному принципу, возрастание нетерпимости и фанатизма, причем как со стороны верующих, так и со стороны атеистов. Самое печальное, что принудительное написание сакральных слов с маленькой буквы неизбежно приводит к тем же самым результатам. Ничего не поделаешь, свобода совести важнее грамматики. Поэтому, оставляя в стороне всякое ерничание, предлагаю следующее решение проблемы:

В середине предложения с прописной буквы в обязательном порядке пишутся только имена собственные. В тех случаях, когда пишущий хочет подчеркнуть свое особое отношение к тому или иному понятию (уважение, сакральность, персонификация), он может написать это слово с заглавной буквы. Таким образом в русском языке найдется место и "Родине", и "Разуму", и "Богу", и "Дьяволу", и даже "Пиву".

Примеры подобных либеральных реформ существуют. В начале века было признано, что ижицу можно безболезненно заменять на и-десятиричное. В результате к настоящему времени ижица исчезла даже из церковных текстов. А совсем недавно права гражданства получило кофе, хотя большинство грамотных людей по-прежнему считает, что это существительное мужского рода. Тем не менее, тенденция к усреднению кофе наличествует, и было бы глупо этого не замечать. Я пью черный кофе, а кому-то нравится черное... что нам делить?

Давайте так же поступим и с прописной буквой в середине предложения.

Святослав Логинов

наверх


металлические двери - Новый сайт! Зайдите клуб land rover новейший.